Алексей Навальный: Мы открываем штабы в городах-миллионниках

Материал из Викиновостей, свободного источника новостей
Перейти к: навигация, поиск

15 февраля 2017

Алексей Навальный
Президентские выборы в России (2018)
Алексей Навальный

Борец с коррупцией и лидер незарегистрированной «Партии прогресса» Алексей Навальный не стал отчаиваться после того, как 8 февраля 2017 года суд в Кирове повторно вынес ему обвинительный приговор по «Делу Кировлеса».

Это решение суда, которое почти до буквы повторило такое же решение 2013 года, стало формальным барьером на пути Алексея Навального к регистрации в качестве кандидата в президенты России: преступление, которое ему инкриминировали, считается тяжким, а согласно закону «Об основных гарантиях избирательных прав», лица, «осуждённые к лишению свободы за совершение тяжких и (или) особо тяжких преступлений и имеющие на день голосования на выборах неснятую и непогашенную судимость за указанные преступления», не имеют права избираться. Очередные выборы президента России должны состояться в марте 2018 года.

Однако Алексей Навальный считает, что его конституционное право на участие в выборах по-прежнему в силе, о чём в прошедшие выходные он заявил на съезде российского общественного движения «Солидарность». Он уверен, что общественная поддержка может помочь ему реально участвовать в голосовании, которое должно пройти в 2018 году.

Оппозиционер пытается организовать широкую сеть такой поддержки: он говорит об открытии штабов для проведения кампании 2018 года уже сейчас, начав действовать раньше, чем кто-либо из объявивших о намерении избираться главой российского государства на следующих выборах.

В интервью Русской службе «Голоса Америки» Алексей Навальный рассказывает о том, где будут открыты штабы в ближайшее время, чувствует ли он себя в безопасности, и как он относится к сравнению его самого с президентом США Дональдом Трампом.

Данила Гальперович: Каковы ваши ближайшие планы по открытию штабов в свою поддержку?

Алексей Навальный: Мы уже открыли штаб в Санкт-Петербурге. Сейчас, на следующей неделе, будем открывать штаб в Екатеринбурге, Новосибирске, ну, то есть — города-миллионники в первую очередь. У нас цель — открыть штабы в 77 крупнейших городах России.

Данила Гальперович: Есть ли уже какая-то реакция региональных властей России в тех городах, о которых вы говорите, на эти приготовления?

Алексей Навальный: Ну, пока мы не наблюдаем какого-то большого противодействия. Понятно, что о поддержке говорить не приходится, но какого-то значимого противодействия мы пока не видим. Я думаю, что просто ещё до регионов не дошёл какой-то существенный сигнал. В Санкт-Петербурге мы увидели, что «Единая Россия» потребовала уже закрыть наш штаб, в лице известного депутата Милонова, посмотрим. Я думаю, что как раз открытие первых пяти штабов нам больше расскажет о том, что Кремль задумал в отношении нас.

Данила Гальперович: Каковы ближайшие судебные перспективы по «делу Кировлеса», по которому вас повторно осудили?

Алексей Навальный: Мы подали жалобу в Комитет министров Совета Европы, который является вышестоящей инстанцией (в Совете Европы, куда входит и Европейский суд по правам человека, отменивший предыдущий приговор Навальному — Д. Г.). Но там процедура не прописана по срокам. Поэтому мы не очень понимаем, что с ней будет. Но я не сомневаюсь, что мы, конечно, отменим этот приговор.

Данила Гальперович: А в сам Евросуд по правам человека вы ещё раз подавать будете?

Алексей Навальный: Чтобы подать ещё раз в Евросуд, что мы сделаем дополнительно, нам нужно, чтобы было решение апелляционной инстанции, что приговор вступил в законную силу. Ещё этого не произошло. А это является таким формальным юридическим препятствием.

Данила Гальперович: То есть, нужно решение Кировского областного суда. А туда вы подали апелляцию?

Алексей Навальный: Да, адвокаты этим занимаются. Там же важно получить протокол заседания для того, чтобы на него ссылаться. В любом случае, это будет сделано в ближайшие дни.

Данила Гальперович: Политологи говорят, что вы действуете «проактивно», рассчитывая на общественное движение, которое, так или иначе окажет на российскую власть давление для того, чтобы та признала вас легальным соперником. Это так?

Алексей Навальный: Я бы даже сказал шире. Просто есть люди, которым нужен новый кандидат. Я обращаюсь к людям, и людям, на самом деле, всё равно, они понимают, что это всё юридические ухищрения. Они видят, что есть человек, и у него есть право участвовать в выборах. А то, что там Кремль соорудил — ну, он отменит это точно так же, как это было на мэрских выборах. Был фильтр, они его сами и отменили. Поэтому я апеллирую к людям для того, чтобы оказать необходимое давление на Кремль и вынудить их меня зарегистрировать. Никаким другим образом это сделать нельзя.

Данила Гальперович: В какой форме вы видите это давление?

Алексей Навальный: В любой — организация штабов, просто агитационная работа, формирование общественного мнения и на улице, и в Интернете, все доступные способы.

Данила Гальперович: А будет подача коллективных исков в суд? Ведь вы говорите именно о коллизии между конституционным правом на участие в выборах и ограничениями в законе.

Алексей Навальный: Этого мы не исключаем. Это более трудоёмкая работа. И в ситуации с нашими судами понятен её результат. Тем не менее, мы будем двигаться разными направлениями просто потому, что люди хотят заниматься разными вещами. Вот есть такие, которые любят судиться. Мы будем вместе с ними судиться тоже.

Данила Гальперович: После того, первого приговора по «делу Кировлеса» в 2013 году, который был отменён Евросудом, что-то изменилось, по вашим ощущениям, в смысле безопасности для вас самого и вашей семьи?

Алексей Навальный: Ну, если сравнивать Россию в 2013 и в 2017 году — это просто другая страна. Это вообще другая страна! С тех времён Бориса Немцова убили. Нападения какие-то ежедневные на людей происходят. Чечня окончательно стала просто фашистским государством, где пытают и убивают людей. Поэтому невозможно сравнивать динамику, это две разные страны. Конечно, сейчас всё гораздо хуже. Но это не меняет в целом нашего подхода к тому, что бороться нужно.

Данила Гальперович: Вам лично угрожать стали больше?

Алексей Навальный: В меня стали чаще кидаться различными предметами, подкарауливая меня около офиса, но не настолько чаще, чтобы это я прямо сильно заметил. Нет, такого в отношении конкретно меня — нет. Но в отношении людей, которые связаны со мной — да, мы видим это.

Данила Гальперович: Выступая на съезде «Солидарности», вы сказали, что готовы поучаствовать в праймериз кандидата, альтернативного Владимиру Путину, хоть с Владимиром Жириновским. Вы серьёзно это сказали? Ведь многие из ваших сторонников уж точно не считают Жириновского оппозицией Путину.

Алексей Навальный: Мы знаем всё про всех, и у нас есть большой опыт наблюдения за политиками, которые называют себя оппозиционными, а оппозиционными не являются. Тем не менее, я говорил скорее не о политиках конкретных, а я говорю о людях, которые за них голосовали. Если мы говорим про того же самого Жириновского, то на последних выборах, и это объективно, ЛДПР стала партией протестного голосования. Там голосуют не потому, что за Жириновского, а потому что как «против всех». Голос «против всех» был выражен в голосовании за ЛДПР. Поэтому, да, я хочу привлечь всех людей и, в первую очередь, тех, кто не голосовал и не ходит на выборы, и избирателей, которые голосовали за коммунистов и за ЛДПР, конечно — да.

Данила Гальперович: Во время избирательной кампании Дональда Трампа на пост президента США вас в российских медиа с ним сравнивали, находя некоторое сходство. Как вы относитесь к такому сравнению?

Алексей Навальный: Я не знаю, откуда это берётся. Журналистам всё время нужно меня с кем-то сравнивать. К счастью, вы перестали сравнивать меня с Джулианом Ассанжем, но начали сравнивать с Трампом. Если мы просто посмотрим на программы и политические взгляды, довольно много различий. Но в современном политическом обществе, наверное, это как-то игнорируют. Например, Трамп и Путин очень любят друг друга, хотя их политические взгляды просто на 100 % диаметрально противоположны. Мне кажется, такая прикладная политология не имеет смысла.

Данила Гальперович: Сейчас в Европе опасаются влияния российской пропаганды на выборы. При этом эта пропаганда связывается с ростом популистских настроений, когда кандидат выбрасывает в толпу лозунг вроде «Завтра я дам всем всё», и народ начинает идти за автором такого лозунга. Вы видите опасность популизма? Считаете ли вы, что у вас есть некая чёткая грань, которая вас отделяет от популизма?

Алексей Навальный: Я не вижу опасности популизма. Мне кажется, это всё преувеличено. Что такое популизм? Человек говорит какие-то вещи, которые популярны. На самом деле, эти вещи не всегда являются какими-то особенно уж экстремистскими. Я всё-таки сторонник такого взгляда на развитие политики по схеме качающегося маятника. Мы видим долгий либеральный тренд, он был последние два десятилетия в мировой политике. Сейчас, очевидно, идёт коррекция этого тренда, или даже тренд в противоположную сторону. Я не думаю, что он продлится долго. В целом, мне кажется, что на больших отрезках времени мы по-прежнему увидим либеральный тренд в европейской политике.




Источники[править]

Voice of America Logo Blue.svg Эта статья содержит материалы из статьи «Алексей Навальный: Мы открываем штабы в городах-миллионниках», опубликованной VOA News и находящейся в общественном достоянии (условия на английском и на русском).
Автор текста: Данила Гальперович


Комментарии[править]


Викиновости, Викимедиа РУ и Wikimedia Foundation, Inc. не несут ответственности за любые материалы и точки зрения, находящиеся на странице и в разделе комментариев.