Анатолий Цапенко: «Моя переводческая деятельность связана с Википедией»
30 апреля 2026 года
| В этой статье упоминается Фонд Викимедиа, какой-либо из его проектов или люди, имеющие к ним отношение. Викиновости — один из проектов Фонда Викимедиа. |
Викиновости: Сегодня в гостях у Викиновостей Анатолий Цапенко, известный википедист, деятель движения Викимедиа. И у нас есть формальный повод для беседы с Анатолием — недавний выход книги Жозефа Кастанье «Басмачи» в его переводе. Презентация этой книги состоялась несколько месяцев назад в Москве, Викиновости присутствовали на этой презентации. Можно предположить, что для многих викимедийцев окажется новостью, что Анатолий не только сторонник свободных знаний и библиотечный деятель, но и переводчик. Расскажи, пожалуйста, Анатолий, о своей переводческой деятельности, как давно ты начал заниматься литературным переводом, что тебя к нему привело, над какими проектами ты работаешь.
Анатолий Цапенко: Поскольку я родом из Ташкента, меня интересовала история Средней Азии, особенно до- и послереволюционного периода, когда происходили огромные преобразования, на много десятков лет изменившие жизнь людей. Я читал разного рода статьи, даже в советских энциклопедиях, в них были ссылки на деятелей, про которых было мало что известно.
В частности, упоминался такой известный английский дипломат и, можно сказать, шпион, некий Фредерик Бейли. Про него писали, что он чуть ли не организовал все антисоветское подполье в Средней Азии. Я стал разыскивать. Выяснилось, что этот Бейли в своё время написал книгу о путешествии в Ташкент. Прямо так и называлась — «Миссия в Ташкент». Мне стало очень интересно. Я нашёл эту книжку на английском и стал переводить для себя. Оказалось, что это очень интересная, по сути, приключенческая книга. Переводил я её довольно-таки долго, с 2008 года (когда, кстати, пришёл в Википедию), до года 2011-го, наверное. Потом я несколько лет пытался заинтересовать издателей. В конце концов, я издал книжку за свой счёт совсем небольшим тиражом, около 100 экземпляров, в издательстве «Языки славянской культуры» в 2013 году, под псевдонимом Анатолий Михайлов. И потом сам же, не торопясь, распродал этот тираж и просто отбил вложенные деньги, ничего с этого не получив. Это был очень интересный опыт.
ВН: Это был твой первый опыт перевода и издания книги. Что было дальше?
АЦ: Ещё в советских учебниках упоминался некий инженер Назаров. Он был членом антисоветской группы, причастной к мятежу в Ташкенте в январе 1919 года. Это довольно-таки известное событие. Оказалось, что этот Павел Назаров был не просто инженер, а горный инженер, геолог по образованию, окончил в своё время в Санкт-Петербурге горный институт. Успешный предприниматель, весьма известный человек своего времени. После революции участвовал в заговоре, ЧК его арестовало, потом во время мятежа его освободили, и в итоге он бежал из страны. У него очень интересная судьба. Он скрывался, путешествовал по Средней Азии, попал в Бишкек. Потом перешёл китайскую границу, жил в Кашгаре. Перебрался через в горы, в Индию. Некоторое время жил в Лондоне. И в конце концов переехал в Южную Африку, работал там геологом. Мне удалось найти его воспоминания, «Погоня по Средней Азии», переведённые на английский его товарищем по работе в Южной Африке, неким британским дипломатом, который в своём переводе издал эту книгу. Я перевёл и эту книгу и в 2018 году выпустил её в издательстве Ridero на русском языке.
ВН: Это уже вторая книга. Что она тебе дала как переводчику?
АЦ: Я особенно, конечно, не претендую на роль переводчика. Понятно, что профессиональный переводчик, возможно, умеет делать какие-то вещи лучше и быстрее. Мне где-то попалась такая мысль, что любой человек может стать доктором наук. Только одному для этого нужно 5 лет, а другому 50. Любую вещь можно делать качественно, но профессионал сделает её ещё и быстро. Я не профессионал, поэтому просто старался делать всё-таки качественно.
ВН: Из статьи в Википедии можно узнать, что есть перевод книги Павла Назарова, опубликованный раньше твоего. Авторства некоего В. Г. Петрова, и его книжка на 70 страниц тоньше твоей. Ты был в курсе этого перевода, когда делал свой?
АЦ: Он достаточно известный человек, краевед из Бишкека, тоже патриот своего региона. Мы с ним начали переводить практически одновременно и списывались. У него были спонсоры из Бишкека, и они попросили некоторые фрагменты текста выкинуть. Сочли, что они не очень хорошо звучат в настоящих реалиях. Я в своём тексте, конечно, ничего не выкидывал. Петров, поскольку у него был заказ от издательства, выпустил книгу несколько раньше. У меня есть эта книжка, хороший перевод, но я постарался быть более точным в передаче слов Назарова. Очень интересно было бы найти рукопись самого Назарова. Ведь он писал русском, а на английский книгу перевёл его друг. У этого произведения есть поклонники, и один человек побывал даже в Южной Африке, где Назаров скончался и где находится его архив. К сожалению, найти рукопись Назарова на русском языке ему не удалось.
ВН: И после этого ты взялся за Кастанье?
АЦ: После перевода двух книг мне стало интересно, может быть, ещё кто-то про этот период пишет. В Ташкенте в то время работал преподаватель французского языка по имени Жозеф Кастанье. Летом, в свободное время, он ещё занимался археологическими раскопками. Выяснилось, что он тоже много писал про Среднюю Азию, и потом я вспомнил, что Юрий Домбровский в романе «Факультет ненужных вещей» очень много и интересно про него пишет. И я подумал, что, наверное, у Кастанье тоже есть книги. Выяснил, что да, есть такая книга, называется «Басмачи». Она была издана в Париже в 1925 году, на французском языке и на русский не переводилась. Парижское издание мне удалось найти в Ленинке.
ВН: И для тебя это стало первым опытом перевода с французского?
АЦ: Я всегда учил английский язык и поэтому за английские переводы брался с лёгкостью. С французского я сделал подстрочник с помощью гугл-переводчика, а потом с помощью словаря стал переводить отдельные фразы. Тоже занимался этим довольно долго, и тоже перевёл эту книгу сначала для себя. Оказалось, что она немного другого характера. Если «Миссия в Ташкент» Бейли или «Погоня по Средней Азии» Назарова — это мемуары в беллетризованной форме, что-то вроде приключенческих романов, то книга Кастанье — это, по сути, научный обзор прессы того времени. Причём прессы французской, немецкой, английской, а также русской эмигрантской и официальной российской — газеты «Правда», «Известия»… Сам Кастатье, помимо французского, знал, по-видимому, немецкий язык. И на основании всех этих материалов он написал книгу о том, что происходило в Средней Азии.
ВН: Не было сомнений при выборе названия книги?
АЦ: Книга Кастатье по отношению к народам Средней Азии написана очень доброжелательно. Он хорошо знал регион и людей, которые там живут. Кастанье отзывается о них с очень с большой теплотой. Сейчас в Ташкенте само слово «басмачи» — некое ругательное, что-то вроде «налётчики, бандиты». В Средней Азии применение такого слова сейчас не приветствуется, там немного другой взгляд на свою историю. Но… книгу нельзя было бы назвать по-другому, потому что именно так называли в Средней Азии вот этих людей, которые боролись с советской властью. Поэтому так назвал свою книгу Кастанье: это название точно отражает то, о чём он пишет. И я, естественно, не мог поставить другое название. Книга на самом деле достойная, хоть её название не политкорректно для уха нынешних жителей Средней Азии, а тем более властей.
ВН: А как удалось издать эту книгу и провести презентацию? Кстати, «Басмачи» ничуть не похожи на самиздат, изданы очень качественно, как говорится, приятно держать в руках.
АЦ: Мой знакомый журналист живёт сейчас в Москве, но печатался в ташкентском русскоязычном издании «Восток свыше». Там редактором работает писатель Евгений Абдулаев, журнал пишет на темы истории Узбекистана. Евгений через моего знакомого узнал, что у меня есть перевод книги Павла Назарова. И в этом журнале было напечатано несколько отрывков из моего перевода. Через некоторое время этим журналом заинтересовался Игорь Храмов, известный издатель из Оренбурга. И он узнал от моего знакомого, Ефрема Рябова, который, кстати, для книжки потом написал предисловие, что есть перевод этой книги.
ВН: Игорь Храмов весьма известный в Оренбурге деятель. Он, например, много лет изучал биографию антифашиста Александра Шмореля, а недавно занялся Юлианом Семёновым. И тот, и другой связаны с Оренбуржьем.
АЦ: Дело в том, что Кастанье до того, как переехал в Ташкент, около 10 лет работал преподавателем французского языка в Оренбурге. Оренбуржцы трепетно относятся к истории своего края, города. И они решили издать книгу Кастанье к столетию со дня её выхода в свет. Храмов обратился ко мне с просьбой, не могу ли я предоставить им перевод. Единственное, он сказал, что они мне не могут обещать мне гонорар, но передадут несколько авторских экземпляров. Поскольку книгу я уже перевёл, я согласился.
ВН: Книга не совсем обычная, она издана на двух языках.
АЦ: Да, это факсимильное издание на французском языке и с параллельным русским переводом. Книгу фактически можно использовать в качестве учебного пособия для изучающих французский язык. Они очень бережно отнеслись к оригиналу. Вплоть до того, что воспроизвели даже фронтиспис.
ВН: На фронтисписе гравюра с изображением музыканта и нотная запись.
АЦ: Там очень интересно. Меня спрашивали, а что в этих нотах? Оказывается, что это реальная мелодия для карная. Карнай — это национальный узбекский духовой музыкальный инструмент. И действительно, это старинный марш, который играли в 1870 году в Кокандском ханстве в качестве военного гимна. Уже на первой странице своей книги Кастанье показывает глубокое знание региона, о котором пишет.
ВН: Ты сказал, что пришёл к переводческой деятельности через Википедию, но ведь у тебя в семье есть переводчики. На сайте Фантлаб есть страницы-профили двух переводчиков — А. Цапенко и Р. Цапенко. Они делали переводы с английского, даже Честертона переводили.
АЦ: Один из этих переводчиков — Алёна Цапенко, моя двоюродная сестра. Она профессиональный переводчик с английского, переводила фантастику. «Восход Антареса», например, она мне её даже подарила, читал с удовольствием. Но что касается Честертона, она его не переводила и не знает, кто такой этот Р. Цапенко.
ВН: Мы можем тогда намекнуть администрации Фантлаба, что там надо немного уточнить, потому что перевод Честертона приписывается как Р. Цапенко, так и А. Цапенко. И Алёна, получается, переводит с начала 2000-х, наверное, а этот перевод Честертона 1994 года или даже ранее.
АЦ: Нет, это невозможно, она младше меня. И она прямо мне сказала, что не имеет отношения к переводам Честертона.
ВН: Раз уж мы заговорили о твоих родных. Ты родом из Ташкента. Можешь рассказать коротко историю твоей семьи? Как вы оказались в Ташкенте? Кто ты по образованию, по профессии?
АЦ: Мой дед Никита Андреевич Цапенко, родился в 1906 году в нынешней Волгоградской области (село Дубовое Еланского района), военный, служил в Средней Азии. В 1920-е годы начинал рядовым, потом остался на сверхсрочную службу. Они жили в Термезе, в Ташкенте, в Казахстане — Семипалатинск, Усть-Каменогорск, Алма-Ата. Ездили по Средней Азии, и последним место службы моего деда был Ташкент.
ВН: А во время войны семья где находилась?
АЦ: Когда началась война, мой дед, к тому времени кадровый офицер, работал в военкомате, по-моему, в Усть-Каменогорске, потом вернулся в Ташкент. В 1942 году некоторое время начальником санитарного поезда, а потом вместе с полком, который был сформирован в Ташкенте, воевал под Сталинградом. Получил контузию, снова вернулся в Ташкент, лечился в госпитале и потом служил в Средней Азии. В 1943 году семья моего деда жила в Алма-Ате.
ВН: А кто твои родители?
АЦ: Мой отец, Михаил Никитович, учился в школе в Алма-Ате. В восьмом классе его стали призывать в армию, и он поступил в Рязанское артиллерийское училище, которое было эвакуировано в Алма-Ату. Это был ускоренный курс, их за год готовили. Он младший лейтенант. В январе 1945 года его направили в действующую армию. Это было как раз перед наступлением на Берлин. Он участник Берлинской наступательной операции. штурма Берлина. Он не очень любил об этом рассказывать. Воевал на Зиеловских высотах. Когда штурмовали Берлин, их бригаду повернули на север, и они не участвовали в уличных боях. А его товарищи, которые участвовали, конечно, многие погибли. Потом он служил в армии, уже после окончания войны. В 1947 году демобилизовался, вернулся в Ташкент, поступил в институт, он геолог по образованию. Работал, преподавал в университете.
Моя мама родом из Алтайского края. Её родители в конце 30-х годов приехали в Ташкент. Её отец, мой дед, работал плотником в Ташкенте. А до этого они приехали в Алтайский край из нынешней Белгородской области, по Столыпинской реформе. Решили, что можно начать новую жизнь. Мой дед по матери, участник Первой мировой войны, а когда они приехали в Ташкент, его еще раз призвали в армию во время войны. Он тоже участник Великой Отечественной войны, служил на аэродроме. Когда аэродром бомбили, тоже был контужен, тоже попал в госпиталь, и тоже вернулся в Ташкент.
ВН: А ты кто по образованию?
АЦ: Я окончил Ташкентский университет, по образованию физик. Был стажёром-исследователем на физфаке МГУ. Потом поступил в аспирантуру в МГУ. Работал сначала в Подмосковье, сейчас это уже территория Москвы, инженером в Московском НИИ Радиосвязи. Потом вернулся в Ташкент, женился. Потом уехал, жил в Самаре, преподавал в колледже информатику, это уже в 1990-е. Ну и последнее место работы, это была Научно-педагогическая библиотека имени Ушинского, где я работал заместителем директора по научной работе.
ВН: Да, и где во многом благодаря тебе российские викимедийцы проводили конференции много лет.
АЦ: Да, первая московская викиконференция была проведена именно в библиотеке Ушинского в 2008 году. И потом ещё несколько конференций. Конечно, это не только моя заслуга, но и заслуга директора библиотеки на тот момент — Тамары Маркаровой.
ВН: Да, спасибо ей большое тоже. Возвращаясь к книгам, ты сказал, что один из переводов книги был свободно размещён. Ты не думал о том, чтобы свои переводы книг разместить в Викитеке? Кому сейчас принадлежат авторские права?
АЦ: Что касается Жозефа Кастанье, то французский текст в свободном доступе. Должно пройти 70 лет после смерти автора.
ВН: Он в 1958-м году умер.
АЦ: Получается, что 70 лет не прошло. Наверное, надо было просить разрешения на перевод и на публикацию.
ВН: Скорее всего, разрешения не у кого просить.
АЦ: К сожалению, скорее всего, да. Что касается, например, книги Павла Назарова, то сам Назаров умер в 43-м году, то есть 70 лет точно прошло. Но дело в том, что есть ещё права переводчика, друга Назарова. А он, по-моему, умер в 1953-м году. Поэтому с точки зрения авторского права та книга, с которой я переводил, в свободном доступе. Бейли умер в 1967 году, поэтому авторские права на текст сохраняются за наследниками Бейли. И я в своё время обращался даже к наследнику, племяннику Бейли. Он был уже пожилой человек, участник Второй мировой войны. Я ему написал с просьбой разрешить перевод этой книги. Ответила его дочь, и они сказали, что не против того, чтобы я эту книгу перевёл. Через некоторое время этот племянник тоже умер, так что наследниками являются две его дочери. Они мне разрешили этот перевод сделать. Потом я даже в знак благодарности перевод книги послал в адрес этих двух дам.
ВН: Может быть, мы тогда проанонсируем, что попробуем разместить твой перевод Назарова на Викитеке, если ты не против, конечно?
АЦ: Перевод книги Назарова, конечно, можно разместить.
ВН: От тебя потребуется прислать разрешение и текст твоего перевода в службу VRT.
АЦ: Да, хорошо.
ВН: Жозеф Кастанье перейдёт в общественное достояние 1 января 1929 года. В принципе, тоже не так долго ждать.
АЦ: Ну, а Бейли в 2038-м…
ВН: Может быть, к этому времени ты ещё что-то переведёшь? Что-то было бы интересно?
АЦ: Сейчас я увлёкся рисованием, так что пока даже не знаю.
ВН: Рисование — тоже прекрасно. Тогда заключительный традиционный вопрос. Что для тебя значит Википедия, движение Викимедиа? И вторая, вынужденная часть вопроса. К сожалению, видимо, это интервью будет последним в русских Викиновостях, потому что фонд Викимедиа с 4 мая закрывает все языковые разделы Викиновостей, переводит их в read only. Рекомендует все новостные материалы интегрировать в Википедию…, вот в этот небольшой блок на заглавной странице? В общем, не совсем понятен этот шаг, но, видимо, было принято решение, что Викиновости не выполняют свою задачу, может быть, нерентабельны… Что ты думаешь об этой ситуации?
АЦ: Википедия для меня интересна была тем, что, во-первых, это было необычно. Люди, казалось бы, делают невозможное, когда любой человек может что-то написать. Оказалось, что это работает, это было удивительно. Во-вторых, оказалось, что это действительно здорово, когда можно получить доступ к любым знаниям просто со своего телефона или компьютера. Википедия меня ещё раз научила с уважением относиться к первоисточникам, разобраться в авторском праве. И получается, кстати, что моя переводческая деятельность, по крайней мере, косвенно, связана с Википедией. Сейчас я не то чтобы охладел к ней, но считаю, что вся значимая, на мой взгляд, информация в ней уже представлена. Те вопросы, которые мне были бы интересны, уже описаны. А то, о чём там сейчас можно писать, я в этом не разбираюсь. Поэтому сейчас много туда не пишу.
А что касается Викиновостей, что я могу сказать? Я сам в Викиновости ничего не писал, но всегда считал, что это достаточно важно, интересно и полезно. И почему их закрывают? Я не знаю, может быть, какие-то финансовые соображения, может быть, ещё какие-то. Жаль, конечно, что это так. Но, с другой стороны, жизнь не стоит на месте. Что-то меняется, что-то заканчивается.
ВН: Ну да, и может быть какой-то проект придёт на смену Викиновостям. Спасибо тебе большое за интервью, Анатолий.
АЦ: Спасибо.
