Мария Эйсмонт: «Это не просто глупость. Это циничное зверство»

Материал из Викиновостей, свободного источника новостей
Перейти к навигации Перейти к поиску

18 декабря 2012

Другие новости России
Другие новости Москвы
Местонахождение Москвы

Москва на карте России

Москва
Fotothek df pk 0000166 037 Berlin-Niederschönhausen.jpg
« Когда я слышу про инициативу так называемых «народных избранников» запретить американцам усыновлять российских детей, я думаю о том, как повезло тем детям. которые нашли своих иностранных родителей до того, как в российской тюрьме замучили Магнитского. И как не повезло сотням или тысячам детей, которые родились не только в неправильной семье, но еще и в неправильное время. Что, может быть, в ту самую минуту, когда в Думе говорят об этой законодательной инициативе, какой-то ребеночек смотрит с надеждой в глаза американской пары, представляя свое будущее в новой семье »

— Мария Эйсмонт

Другие новости США
Месторасположение США

Карта, показывающая месторасположение США

США

Комитет Госдумы по конституционному законодательству и государственному строительству на заседании 17 декабря одобрил поправку, вводящую полный запрет на передачу несовершеннолетних из российских детдомов приёмным родителям в США. Соответствующее положение планируется внести в российский ответ на «список Магнитского», который будет рассмотрен нижней палатой во втором чтении 19 декабря.

Министр образования РФ Дмитрий Ливанов выступил против предложения депутатов Госдумы ввести запрет на усыновление детей из нашей страны гражданами США. Эта инициатива многими рассматривается как ответ на принятие американским конгрессом «списка Магнитского».

По мнению Дмитрия Ливанова, сироты из РФ нуждаются в усыновителях из-за рубежа. «Логика „око за око“ неправильная, могут пострадать наши дети», — написал чиновник.

В первоначальном варианте документа предлагалось ввести запрет на въезд на территорию РФ для граждан США, совершивших преступления в отношении россиян или причастных к их совершению. Кроме того, речь шла о запрете на любые сделки с собственностью и инвестициями лиц, попавших в черный список, сообщает РБК.

Мария Эйсмонт:

Четыре года назад в нашей семье появилась Лола. До этого она жила в специализированном доме ребенка для детей с задержкой в развитии и по достижении 4-летнего возраста должна была бы переехать в интернат для умственно отсталых детей. Никакой умственно отсталой она не была, просто оказалось, что ребенок плохо слышит (недолеченные отиты) и плохо видит (почему-то зрение у нее никто не проверил). Получив новые очки и попав в домашнюю обстановку, она очень быстро превратилась в веселого, жизнерадостного ребенка.

По моим наблюдениям, около половины детей из того дома ребенка были совершенно нормальными и в любящей семье быстро бы нагнали задержку в развитии. Воспитатели и нянечки в том доме малютки были прекрасные, но, как это часто бывает, на всех детей их просто не хватало. Они и сами это понимали и делали все, чтобы их детки понравились потенциальным родителям: наряжали перед встречей в красивые платья (такие платья передавались от ребенка к ребенку, когда к ним на знакомство приезжали будущие усыновители), привязывали огромные банты к трем редким волосинкам девочек, и когда ребенок начинал плакать или воротить нос от будущих мамочек, тут же встревали с рассказами, какой на самом деле это прекрасный ребенок, просто сейчас чего-то раскапризничался.

Одновременно со мной тогда на свидания с будущими детьми ходили несколько семей — все, кроме одной, были иностранцами. Именно они, как рассказывали мне работники дома ребенка, в основном берут «таких» детей. Я видела этих будущих усыновителей, поскольку мы часто сидели каждый со своим будущим ребенком в одном актовом зале. Видела их глаза, их отношение к детям, видела, как радуется персонал, замечая потепление в глазах детей, их первые улыбки, обращенные к будущим родителям.

Российские усыновители могут выбирать детей: то есть посмотреть одного, отказаться от него и попросить показать другого. У иностранцев такой возможности нет — они берут тех, кого им дают. А это, как правило, дети, которые до этого уже «повисели» в базах российских усыновителей и никого не заинтересовали. Часто это дети с различными патологиями, болезнями или увечьями.

Нянечки и воспитатели показывали мне фотографии уже усыновленных детей в новых семьях, и многие из этих детей — потолстевшие и порозовевшие — улыбались в объектив на фоне какого-нибудь американского городка. Выглядели они вполне довольными и счастливыми.

А лет десять назад по просьбе друзей в нашей квартире на две недели остановилась семья американцев с четырьмя мальчиками: старшим погодкам было 8-10 лет, младшим — 4-5. Старшие дети отличались от младших разительно: они были вежливыми и воспитанными, говорили на хорошем английском языке, младшие были замкнуты и нелюдимы, ели руками и почти не говорили. Квартиранты рассказали, что только что забрали двух младших детей из детского дома в каком-то российском регионе — каком, сейчас уже не помню. «То есть у вас теперь двое своих и двое приемных?» — спросили мы. «Нет, — ответили американцы, — старшие тоже приемные и тоже из России, просто мы их взяли 5 лет назад». В Москву американцы привезли старших сыновей не только для того, чтобы они сразу познакомились с новыми братьями, но и чтобы показать им Кремль и Новодевичий монастырь: «Хочу, чтобы они увидели, какая красивая страна, в которой они родились», — говорил гордый папа.

Когда я слышу про инициативу так называемых «народных избранников» запретить американцам усыновлять российских детей, я думаю о том, как повезло тем четырем мальчикам и тем малышкам из специализированного дома ребенка, что они нашли своих иностранных родителей до того, как в российской тюрьме замучили Магнитского. И как не повезло сотням или тысячам детей, которые родились не только в неправильной семье, но еще и в неправильное время. Что, может быть, в ту самую минуту, когда в Думе говорят об этой законодательной инициативе, какой-то ребеночек смотрит с надеждой в глаза американской пары, представляя свое будущее в новой семье.

Никто не ожидал, что ответ на акт Магнитского будет адекватным, разумным и серьёзным, потому что единственный адекватный разумный и серьезный ответ — это самим наказать своих убийц и коррупционеров за преступления против российского гражданина. Но наказать вместо этого и без того обездоленных маленьких российских граждан, лишив их надежды на нормальное детство и семью, — это не просто глупость. Это циничное зверство.

Примечательно, что инициаторами этого циничного зверства по отношению к детям стали женщины: депутаты Екатерина Лахова и Елена Афанасьева. Можно и нужно требовать пополнить «список Магнитского» этими фамилиями. К сожалению, российским сиротам это не поможет.

Dolly Slava Bell:

В начале двухтысячных я сотрудничала с ассоциацией международного усыновления. Уже тогда усыновлени в Италии шли полным ходом и в детских домах оставались лишь те, кого усыновить было нельзя или очень сложно — подростки 13-14 лет да те, у кого есть номинальные опекуны.

Итальянцы ездили усынавливать в Россию, на Украину, в Бразилию — туда, где был хотя бы небольшой шанс найти ребёнка маленького или без особо сильных отклонений. В общем то, что корректируется. Уже по тем временам цены были адовые — только за документы и инфо-поддержку ассоциации брали по 10-12 тысяч евро. Плюс — поездки, подарки, переводчик и — взятки. Взятки в России были чудовищные. Итальянские ассоциации стонали, но платили.

Плюс, отдельной графой — сделать частный и честный медосмотр ребёнка. Медицинской карте доверия не было ни малейшего. Иногда добрые люди в детдоме вписывали в мед. карту страшные болезни — лишь бы поставить ребенка на международное, потому что в России его не усыновят никогда, а тут есть шанс. Совершенно реальный, не призрачный.

Итальянцам было легче — в министерстве и детских домах предпочтение отдавали Европе. И только последних, самых беспомощных и ненужных усыновляли американцы — у них одних хватало оптимизма смотреть на цифры в будущих медицинских счетах.

Иногда — что на самом деле страшно — в мед. карте не было тех болезней, которыми ребенок страдает на самом деле. Моя коллега так усыновила четырёхлетнего мальчика откуда-то из под Пскова, через некоторое время «задержки в развитии» оказались синдромом с каким-то сложным названием. К тринадцати годам появился целый букет. Я (да и все мои бывшие коллеги) отлично помним этого русоголового, невероятно агрессивного мощного подростка, которого его бедная маленькая мама-Даниэла успокаивала с огромным трудом.

И раздражение от его криков унималось апостериори только одной мыслью — тут он дожил до подросткового возраста, он умеет сам завязывать шнурки, он говорит, читает и пишет, ходит в особую — но в школу. Он достаточно автономен. Он социально включен в мир.

В своем детском доме под Псковом он не дожил бы и до восьми.

Никакие взятки, никакие унизительные многолетние процедуры по сбору справок, никакие прочие взрослые игры, которые всегда сопутствовали международному усыновлению — ничто из всей этой утомительной грязи никогда и никак не сравнится с тем, что огромное количество обречённых детей получили жизнь, которой не должно было быть.

Валерий Панюшкин:

Вот список известных только мне, только по узкой моей практике детей-инвалидов, которые прямо сейчас ждут усыновления в США.

Если Дума примет закон, запрещающий усыновление в Штаты, эти дети останутся в детдомах.

Надо тогда привезти этих девятерых к составительнице закона госпоже Лаховой. Пусть она и растит. Небось, материальное положение позволяет.

  1. Полина С. (2007 года рождения) — ДЦП, на коляске, суд назначен.
  2. Виталий Т. (2008 года рождения) — синдром Дауна, суд назначен.
  3. Варвара Л. (2011 года рождения) — синдром Дауна. Суд прошел, но решение еще не вступило в законную силу.
  4. Альбина Д. (2008 года рождения) — синдром Дауна.
  5. Дмитрий М. (2009 года рождения) — синдром Дауна. Суд назначен.
  6. Мария Ш. (2009 года рождения) — спиномозговая грыжа. Суд прошел, но решение еще не вступило в законную силу.
  7. Анастасия Н. (2008 года рождения) — ВИЧ, приемные родители подписали документы, но суд еще не назначен.
  8. Марат З. (2007 года рождения) — ДЦП, приемные родители подписали документы, но суд еще не назначен.
  9. Софья М. (2009 года рождения) — синдром Дауна, приемные родители подписали документы, но суд еще не назначен.

Я знаю только две организации на свете, которые, чтобы напугать врагов, принимаются гробить СВОИХ детей — это Хамас и партия Единая Россия.

Alexey Agranovich:

Давайте напишем письмо, вывесим, подпишут тысячи, это не Пусси, в конце концов. Давайте предложим альтернативный вариант, если так уж надо ответить госдепу. Например, в черный список всех, кто имел отношение к решению о вторжении в Ирак. НЕ УМНЫЕ, ОТОРВАННЫЕ ОТ ЖИЗНИ ЛЮДИ ОТНИМАЮТ ОДИН ИЗ НЕМНОГИХ ШАНСОВ ОБЛЕГЧИТЬ СТРАДАНИЯ БЕЗНАДЕЖНО БОЛЬНЫХ ДЕТЕЙ! НУ ПРАВДА, НИ В КАКИЕ ВОРОТА!

Anna Fedoryak:

Самая моя любимая работа была — в агентстве по международным усыновлениям. А самое любимое в этой работе — видеть, как через пару лет после усыновления семьи приезжают за вторым ребенком, часто вместе с первым. И когда ты помнишь этого ребенка только вчера из детдома, а сейчас он — счастливый человек, с собственными мамой, папой, бабушкой, собакой… На самом деле, мне серьёзно кажется, что наши депутаты — инкарнация дьявола.

Vladimir Soloviev:

Не понимаю логику запрета усыновления в США. Если использовать такой подход, то надо запрещать в России рожать, так как детей и здесь убивают.

Дмитрий Ливанов:

Логика как бы «око за око», но логика неправильная, так как могут пострадать наши дети, которым не нашлось усыновителей в России.




Источники[править]

Chaskor logo new.png
Creative Commons
В этой статье использованы материалы интернет-издания «Частный Корреспондент»,
распространяющиеся по лицензии CC-BY-3.0 Оригинал статьиИнформация о проекте