Народ и его богоносец: 2 января память праведного Иоанна Кронштадтского

Материал из Викиновостей, свободного источника новостей
Перейти к навигации Перейти к поиску

3 января 2014

Другие новости раздела
Moscow July 2011-34a.jpg
Другие новости религии
Также посетите портал «Религия»

2 января православный мир отмечает память праведного Иоанна Кронштадтского. Чудотворец, благотворитель, общественный деятель, духовный писатель, проповедник, пророк, член Синода и черносотенец, он был знаменит на всю Россию. За ним всегда тянулся шлейф любви, обожания, ненависти, клеветы. Умер отец Иоанн в 1908 году, не оставив ни завещания, ни сбережений. В 1990 году был причислен к лику святых.

Иоанн Кронштадтский

Иван Ильич Сергиев, более известный как Иоанн Кронштадтский, родился в 1829 году в селе Сура на севере Архангельской губернии. Он был первым ребёнком в семье бедного псаломщика, при рождении был так слаб, что казалось: не выживет. Но Ваня выжил, хотя так навсегда и остался человеком на грани миров. В шесть лет он впервые увидел ангела. Вернее, впервые осознал, что перед ним потустороннее существо. Ведь духи рядом, надо только их замечать. Ваня замечал. И односельчане знали, что мальчик растёт необычный. Постоянно просили дитя молиться за них.

Другие новости России
Месторасположение России

Карта, показывающая месторасположение России

Россия

Учиться Ивана отдали в Архангельское приходское училище. Это было мучение. Мальчик ничего не понимал. Но он молился, и вот ещё одно чудо (рассказывает сам отец Иоанн): «Однажды был уже вечер, все улеглись спать. Не спалось только мне, я по-прежнему ничего не мог уразуметь из пройденного, по-прежнему плохо читал, не понимал и не запоминал ничего из рассказанного. Такая тоска на меня напала: я упал на колени и принялся горячо молиться. Не знаю, долго ли я пробыл в таком положении, но вдруг точно потрясло меня всего. У меня точно завеса спала с глаз, как будто раскрылся ум в голове и мне ясно представился учитель того дня, его урок; я вспомнил, даже о чем и что он говорил. И легко, радостно так стало на душе». И после этого учёба пошла легко (это, впрочем, обычный мотив в житиях). Иван успешно окончил школу, сразу был переведён в семинарию, а впоследствии принят на казённый счёт в Петербургскую духовную академию.

Гений (ангел) есть у каждого человека, рода, народа, страны. Михаил — это гений еврейского народа, он то, что сплачивает этот народ, создаёт его неповторимую физиономию, определяет судьбу. Вовсе не обязательно верить в то, что это народ, избранный Всевышним, но невозможно усомниться в том, что у еврейского народа есть гений… Гений евреев

Первоначально он собирался постричься в монахи, думал ехать миссионером в Китай, а может, в Сибирь или Америку. Но потом ему пришло в голову, что петербуржцы «знают Христа не больше, чем дикари какой-нибудь Патагонии». Иоанн женился, был рукоположен в священники и принял должность в Кронштадтском соборе апостола Андрея Первозванного. Вёл себя не совсем обычно: ходил по трущобам, помогал беднякам, раздавал деньги, а если их не было, то и собственную одежду. Коллеги не без иронии говаривали его жене: «А твой-то сегодня опять босой пришёл». Жалели бедную попадью, добились того, что жалованье Иоанна стали выдавать не ему, а ей. Тогда батюшка начал подрабатывать уроками закона Божия, и уж эти-то деньги все раздавал нищим.

Впоследствии он придаст громадный размах своей благотворительной деятельности. Но для размаха нужны средства, которые не всякому даются. Иоанну дались, поскольку он не был банальным попом. Он служил Богу эмоционально, с восторгом и умилением, то порывисто жестикулируя, то заливаясь слезами. Никакой нарочитости, всё естественно, искренне. Это привлекало народ, тем более что шла молва об исцелениях, которые совершал кронштадтский поп. О первом случае исцеления в его дневнике сохранилась запись (19 февраля 1867 года): «Господи! Благодарю Тебя, яко по молитве моей, чрез возложение рук моих священнических исцелил еси отрока (Костылёва)». Потом чудес будет больше и больше. Иоанн исцелял, пророчествовал, вызывал дождь, прекращал эпидемии, говорят, даже мёртвых воскрешал. Чудо было его повседневностью. А где чудо, там вера, а с ней и пожертвования.

Но крупные пожертвования пришли только после того, как о чудотворце узнала вся Россия. 20 декабря 1883 года газета «Новое время» напечатала заявление, подписанное десятками благодарных отцу Иоанну людей: «Мы, нижеподписавшиеся, считаем своим нравственным долгом засвидетельствовать искреннюю душевную благодарность протоиерею Андреевского собора в Кронштадте о. Иоанну Ильичу Сергиеву за оказанное нам исцеление от многообразных и тяжких болезней, которыми мы страдали и от которых ранее не могла нас исцелить медицина, хотя некоторые из нас подолгу лежали в больницах и лечились у докторов. Но там, где слабые человеческие усилия явились тщетными, оказалась спасительной тёплая вера во всемогущество Целителя всех зол и болезней — Бога, ниспославшего нам, грешным, помощь и исцеление через посредство достойного перед ним благочестивого отца-протоиерея». Дело сдвинулось.

После того как к Иоанну пришла всероссийская слава, через его руки стали проходить очень серьёзные суммы (по разным оценкам, от 150 тысяч до миллиона рублей в год). Часть этих денег он тут же раздавал, а часть пускал на большие благотворительные проекты. Так, им были основаны Дом трудолюбия, школа для бедных, женская богадельня и детский приют. А кроме того, переводились немалые суммы на многочисленные школы, больницы, монастыри, богадельни. Причём жертвовал Иоанн по наитию. И не только православным, но и мусульманам, и иудеям. «У меня своих денег нет, — говорил он. — Мне жертвуют, и я жертвую. Я даже часто не знаю, кто и откуда прислал мне то или другое пожертвование. Поэтому и я жертвую туда, где есть нужда и где эти деньги могут принести пользу».

Со временем популярность отца Иоанна росла. В кронштадтский Андреевский храм отовсюду стекались толпы народу, и батюшка доводил эти толпы натурально до священного безумия. Особенно во время общих исповедей, которые он проводил вопреки существовавшей в церкви практике. Что такое общая исповедь? Вот как об этом рассказывают очевидцы-участники: «Все бывшие в соборе, совершенно откровенно, не стесняясь массы народа, выкрикивали свои грехи, не исключая и самых ужасных, и притом кричали очень громко, чтобы, если возможно, отец Иоанн их услышал. В соборе стоял стон, пот градом катился не от жары, а от переживаемого потрясения. Рыдали буквально все без малейшего изъятия, и вместе с этими воплями и стонами дивно очищались души людские».

Ещё одно свидетельство: «Отец Иоанн стоял на амвоне перед образом Спасителя и пламенно горячо молился, испрашивая у Господа милосердного прощения всей массе громко кающегося и рыдающего народа. Он смотрел на нас своим глубоким взором и вдруг… крупные слёзы градом покатились по лицу его… И в этот-то момент волнение рыдающего народа достигло высшей степени! Громадный собор наполнился стонами, криками и рыданиями; казалось, весь храм дрожал от непрерывных воплей народа!.. Величественное и вместе с тем умилительное зрелище, ясно доказывающее, как сильна вера в Бога и как велик дух русского народа, воздвигнутого на добрый подвиг покаяния вдохновенными наставлениями мудрого пастыря!..»

Можно рассмотреть и иные аспекты мифа о змее, который должен гибнуть, чтобы снова воспрянуть и дать расцвести земле. Например, в социальном аспекте речь может идти о насилии государства (его эмблема — Георгий, покровитель князей и дружины) над пригвождённым к земле Народом (Народ с большой буквы, а почему — см. здесь). В политическом аспекте речь пойдёт о смене власти: сколько государей было убито под тем благовидным предлогом, что они гады, захватившие власть над землёй. Каждое такое убийство — мистический акт. Николоворот

Интересно: по мановению мудрого пастыря является дух русского народа. Пожалуй, тут можно плотским оком увидеть русского бога, витающего над экзальтированной народной толпой. Впрочем, ничего особенно необычного в этом нет. Примерно то же самое можно было наблюдать во время мирских сходов в любой русской деревне. Вот как это описал Николай Златовратский в своих «Очерках крестьянской общины»: «В минуты своего апогея сход делается просто открытой взаимной исповедью и взаимным разоблачением. В эти же минуты, когда, по-видимому, частные интересы каждого достигают высшей степени напряжения, в свою очередь, общественные интересы и справедливость достигают высшей степени контроля». Дух, единящий людей в общину, витает над галдящей толпой и вразумляет каждого. Шум, крик… И вдруг — раз, всё решено, все довольны. Златовратский не понимает: что решили, когда? Да вот сейчас, не видишь, народ уже расходится. Пойдём с нами пить мирское вино. Так действует бог русского мiра.

В XIX веке российским обществом мало-помалу овладела религия, которую можно условно назвать народопоклонством, поскольку её адепты почитают бога Народа. Не народ как массу, толпу, население, но Народа как божественную сущность, которой поклонялись в образе народа, живых мужиков. Простой народ стал иконой этой новой религии, образом. Разные его варианты воплощены в образах, являвшихся русским классикам, чьи произведения можно считать священным писанием веры в Народа. А самих писателей — пророками, которым являлся русский Народ. Скажем, Тургеневу он явился в виде Касьяна с Красивой Мечи, Хоря, Калиныча и тучи других персонажей «Записок охотника». Достоевскому — в виде мужика Марея. Толстому — в виде Платона Каратаева и мужика Фёдора (просветившего Левина). Тютчеву — в виде царя небесного, который в рабском виде исходил родную (русскую) землю. Некрасову — в виде крестьян из «Кому на Руси жить хорошо» и т. д. и т. д.

Какое же отношение имеют реальные люди к тому виртуальному существу, которое открывалось взору русского интеллигента, боготворящего народ? Прямое, поскольку народ — богоносец. Каждый отдельный представитель народа — просто человек. Но народная протоплазма в целом — субстрат божественного Народа, который может проглянуть в любом мужике. Конечно, народопоклонники кадили Народу, не понимая толком, кому кадят. Русская мысль не посмела отделить бога (Народа) от его носителя (народа-богоносца). Хотя бы потому, что за разговоры о несанкционированных божествах могли строго взыскать. К тому же люди были ослеплены пропагандой, проводимой церковью в интересах христианского бога, который, между прочим, изначально является тоже Народом, но только еврейским, богом Авраама и Иакова, богом избранного народа. Тот факт, что он заключил союз с евреями, как раз и означает, что он — их национальный бог (подробнее здесь и здесь).

Свой божественный Народ есть у любого народа. Непонимание этого ведёт к досадным недоразумениям. В период формирования национальных государств (XVIII—XIX века) весь европейский мир обратился к народным корням. В них искали основы национальной идентичности. И Россия не отставала. Будущий славянофил Иван Киреевский в своём «Европейце» как раз предостерегал от того, чтобы подражать европейскому поиску национальных корней. Там, мол, «просвещение и национальность одно, ибо первое развилось из последней». А у нас «искать национального — значит искать необразованного». Это было написано в 1832 году, во второй части статьи «Девятнадцатый век». Но и много позже Киреевский (уже сблизившийся с оптинским старцем Макарием) демонстрировал столь же полное непонимание сути проблемы: простой русский народ у него стал носителем подлинных христианских начал. Не языческих. И даже не собственно народных…

Подобного рода недоразумениями переполнено русское любомудрие, путавшее народ и Народа. А что уж говорить о простых мужиках, которым служители пришлого бога настолько вывихнули мозги, что бедняги всюду видели только Иисуса, сына еврейского бога. Характерный пример: под шаманским (а как ещё это назвать?) воздействием батюшки Иоанна в народе зародилась секта иоаннитов. И что же? Сектанты верили в то, что кронштадтский поп есть Христос, вновь пришедший на землю. Сам Иоанн их такому, конечно же, не учил. Он считал себя православным. То есть тоже совершенно не понимал, с какой сакральной субстанцией имеет дело во время своих открытых исповедей.

Народничество Иоанна Кронштадтского выражалось прежде всего в социальных проектах. Он открыл Дом трудолюбия, где тысячи отчаявшихся были обеспечены работой и жильём. Он основал братство трезвости. Он реально помогал тысячам людей, раздавая деньги нуждающимся и продвигая свои благотворительные проекты. Однако это не всё. Народничество Иоанна выражалось также и в политической деятельности. Например, он благословил создание Союза русского народа, стал его членом, поддерживал изрядными суммами. Увы, эти черносотенцы были такими же запутавшимися людьми, как иоанниты. Почитая русский народ (как икону бога Народа), они считали себя христианами. Думали, что бог может быть только еврейским. Отсюда и когнитивный диссонанс: одновременно и пиетет, и ненависть к евреям.

Амвросий, конечно, был далёк от народопоклонства и народнической пропаганды, он не писал статей и романов, в которых бы рисовались идеальные образы Народа. Но он, как и классики русской литературы, как простые мужики и бабы, которые к нему приходили, как все, — был подхвачен поднимающейся из глубин коллективного бессознательного волной новой религиозности. Невыносимая лёгкость жития

Сам Иоанн говорил: «Я не враг евреев, потому что Христос из их среды». Но, осудив кишинёвский погром, всё-таки потом заявил, что «в погроме виноваты преимущественно сами евреи». Конечно, он был антисемитом. Но это был особый антисемитизм, идущий от двоеверия: в человеке бурлил русский бог, а служить приходилось богу евреев. Отсюда и ломка. Двоеверческий антисемитизм характерен для зон распространения авраамических религий. Ярость туземных богов, подавляемых богом Авраама, идёт из подсознания человека и принимает в его сознании глупую форму ненависти к евреям, в которых, и действительно, проглядывает бог, избравший их своим народом и создавший таким образом их ментальность, характер, повадку. Евреи, в свою очередь, чуют печёнками опасность, идущую от коренного народа. Впадают в панику, даже если Народ бросает толпы на площади не против них, а, скажем, против беззаконий кавказцев, как это было 11 декабря. Думают, что уже начались погромы. Да нет.

Но погромы могут начаться, если не увидеть корни народных волнений. Для начала надо хотя бы понять, чем народ отличается от Народа. Это просто: народ — то, что Ленин называл массами, а Народ — то, что Юнг назвал нуминозом. Нуминоз — это реально действующее демоническое существо со своими таинственными заморочками и конкретными целями, способное вдруг схватить вас за горло и превратить в пророка, героя, подонка или придурка. Религиозные экстазы прихожан во время открытых исповедей Иоанна Кронштадтского были явными симптомами пробуждения Народа-нуминоза. Батюшка любил народ и вызывал Народа, который в конце концов появился из недр коллективного бессознательного народа. И натворил руками этого народа много дел. Например, совершил революцию. Её массовый энтузиазм (одержимость) и массовые же убийства (жертвы) — суть деяния Народа, берущего священный реванш за века забвения, карающего свой народ за религиозную слепоту.

Ниспровергнув иудеохристианского бога, Народ создал народную теократию, накормил (что бы там ни говорили) и обеспечил медицинской помощью население страны, построил заводы, разгромил германского бога-нациста (ещё один вариант Народа), расщепил атом, вышел в космос… Но так и не был идентифицирован в качестве бога, от которого зависит человеческая жизнь. И в частности — судьба правителей. Те, кто всуе поминал его имя («Народ хочет знать», «всё во имя Народа»), все неразумные «слуги Народа» были выброшены на помойку. Пришедшие им на смену правители поначалу заигрывали с Народом под именем Электорат. Но теперь даже этого нет. Враги Народа пытаются снова загнать его в подполье бессознательного. Значит, будем ждать взрыва. И молиться, чтоб пронесло.



Источники[править]

Chaskor logo new.png
Creative Commons
В этой статье использованы материалы интернет-издания «Частный Корреспондент»,
распространяющиеся по лицензии CC-BY-3.0 Оригинал статьиИнформация о проекте