Лев Гудков: Речь идёт об имитации всенародной поддержки и одобрения Путина

Материал из Викиновостей, свободного источника новостей
Перейти к: навигация, поиск

17 января 2018

«Левада-Центр» не сможет публиковать результаты социологических опросов о настроениях граждан в ходе президентской кампании из-за своего статуса «иностранного агента», сообщили во вторник российские медиа. Эту новость в интервью Русской службе «Голоса Америки» подтвердил директор организации, доктор философских наук Лев Гудков.

По его словам, «Левада-центр» намеренно внесен в реестр «иностранных агентов» в рамках стремления Кремля максимально сузить российское информационное пространство накануне выборов, чтобы тем самым лишить граждан возможности делать собственные выводы на основе объективной картины происходящего в стране. А главная задача властей — продемонстрировать имитацию всенародной поддержки и одобрения Владимира Путина на фоне несостоятельности остальных кандидатов в президенты, считает Лев Гудков.

При этом директор «Левада-центра» прогнозирует рекордно низкую явку населения на выборах 18 марта 2018 года и гарантированный новый виток ужесточения внутренних репрессий после всеми ожидаемой победы Путина.

Виктор Владимиров: В свежем докладе Freedom House отмечается общее снижения уровня свобод в ведущих демократиях мира, включая США, а также то, что Россия воспользовалась этим для усиления репрессий против собственных граждан…

Лев Гудков: Думаю, что применительно к России действует скорее внутренняя логика авторитарного режима, который теряет поддержку и вынужден усиливать технологию мобилизации общества либо через внешние угрозы, либо через борьбу с внутренними врагами. Действительно, после массовых протестов 2012 года законодательство страны непрерывно ужесточается и соответственно расширяется поле репрессий. Причём не только по отношению к информационному пространству, но и по отношению общественным организациям — НКО, оппозиции. Контроль над всеми публичными сферами становится очень жёстким. Мне кажется, что тут вполне понятная логика эволюции режима, который боится потерять поддержку масс. Ведь в противном случае за этим неминуемо последует привлечение руководства страны и ведущих чиновников к суду, к ответственности со всеми вытекающими отсюда плачевными для них последствиями.

Виктор Владимиров: С чем вы связываете включение вас, социологической организации, в реестр «иностранных агентов»?

Лев Гудков: На нас не случайно оказывается такое сильное давление уже много лет. Собственно, под нас был изменен закон о некоммерческих организациях и политической деятельности, куда было включено отдельным пунктом проведение социологических опросов. Потому что другой социологической организации с таким правовым статусом как у «Левада-центра» в стране больше нет. Можно считать, что этот закон просто написан под нас. Всё неспроста. Мы фиксировали падение поддержки популярности Путина в 20112013 годах, снижение позитивных оценок деятельности «Единой России» в 2016 году. И каждый раз за этим следовали ответные акции репрессивного характера: комплексные проверки прокуратуры совместно с налоговой службой. Ну а закономерным итогом стало изменение законодательства и навешивание на нас ярлыка иностранного «шпиона».

Виктор Владимиров: Результаты опросов других социальных служб заметно отличаются от ваших?

Лев Гудков: Если брать тренды, то так или иначе все показывают волнообразное движением: либо спад поддержки, либо её рост. Но в каких-то конкретных вопросах цифры могли расходиться очень сильно. А самое главное — это интерпретация. Мы даём гораздо более сложную картину положения в стране на фоне восторженного одобрения населением нынешнего руководства.

Виктор Владимиров: Можно ли говорить о подлинно демократических выборах в России в контексте всех введенных ограничений?

Лев Гудков: Разумеется, нет. Речь идет об имитации всенародной поддержки и одобрения Путина на фоне несостоятельности всех других кандидатов в президенты. Вот собственно этого эффекта и пытается достичь кремлёвская администрация. Поэтому поставлены совершенно четкие цели перед губернаторами, избирательными комиссиями: обеспечить высокую явку и высокий процент голосования. Наши же данные говорят о том, что явка будет самая низкая на всём протяжении постсоветского существования страны, а недовольные режимом просто не придут на выборы. Соответственно, увеличится концентрация сторонников Путина, или по-иному — административно мобилизованного электората.

Виктор Владимиров: Что, по-вашему, ожидает страну после избрания нового президента, могут ли измениться приоритеты во внутренней политике?

Лев Гудков: Я жду усиления, ужесточения репрессий. Ничего к лучшему просто так не может измениться. Это только кажется, что Путин решает все. На самом деле он точно такой же заложник сложившейся системы, как и все остальные. Если начинаются репрессии, без конца меняется законодательство, то рано или поздно это приводит к ухудшению качества законов, негативному отбору людей во власть — более аморальных, циничных, менее компетентных, но демонстрирующих лояльность правящему классу. Соответственно, это приводит к неэффективной, некомпетентной политике, которая порождает системный кризис в стране. Изменить эту ситуацию очень трудно. Ведь чего, прежде всего, ждут от Путина — изменения судебной системы, придания независимости судьям. Но если это произойдёт, то режим рухнет. Потому что он потеряет средство управления. И на это, конечно, никто не пойдёт.


 

Источники[править]

VOA logo.svg Эта статья содержит материалы из статьи «Лев Гудков: «Речь идет об имитации всенародной поддержки и одобрения Путина»», опубликованной VOA News и находящейся в общественном достоянии (условия на английском и на русском).
Автор текста: Виктор Владимиров
 
Комментарии[править]
Викиновости, Викимедиа РУ и Wikimedia Foundation не несут ответственности за любые материалы и точки зрения, находящиеся на странице и в разделе комментариев.
 
  • Спросил сегодня студентку ‒ пойдёт ли на выборы? Сказала: "Нет, я ни на что не повлияю." -- Andrew Krizhanovsky (обсуждение) 06:54, 18 января 2018 (UTC)