Изданию «Ура.ру» силовики мстят за журналистское расследование

Материал из Викиновостей, свободного источника новостей
Перейти к: навигация, поиск

18 мая 2017

Здание редакции Ура.ру в Екатеринбурге

В четверг, 18 мая, интернет-СМИ Свердловской области и России сообщили об обысках в редакции известного информационного агентства «Ура.ру». Со слов журналистов становится понятно, что данные действия являются местью бизнес-структур, связанных с бывшим генеральным прокурором России Юрием Скуратовым, за одно из журналистских расследований агентства. Полицейские обыски начались утром и к настоящему времени завершились.

Журналистское расследование «Ура.ру» связано с заводом «Вентпром», находящимся в городе Артёмовский Свердловской области. Журналисты установили, что в отношении этого предприятия была предпринята попытка рейдерского захвата. В октябре 2016 года сотрудница издания Юлия Литвиненко написала об этом статью, которая, как пишут журналисты, «спасла завод от разорения». Юлия работает журналистом более 20 лет и удостаивалась профессиональной премии «Правда и справедливость» Общероссийского народного фронта (в этом году в церемонии награждения этой премией в Санкт-Петербурге принимал участие Владимир Путин).

Теперь, как уточняет[1] уральское интернет-издание Tochka.News, на Юлию заведено уголовное дело по статье 128.1 УК РФ «Клевета с использованием СМИ», в ходе следствия она проходила проверку на детекторе лжи. «Ура.ру» сообщает, что рабочие завода просят высшее руководство правоохранительных органов взять под особый контроль расследование уголовного дела[2]. Ещё одно уральское интернет-СМИ, ЕАН, публикует[3] комментарий представителя «Ура.ру»: «Через месяц истекают сроки предварительного следствия по возбужденному против нашего журналиста уголовному делу. Никаких перспектив у дела нет, все, что было изложено в статье, подтверждено документами. Зачем был произведен сегодняшний демонстративный наезд, мне непонятно, тем более что по этому делу мы полностью сотрудничаем с полицией. Возможно, это желание продемонстрировать бывшему генпрокурору, что они сделали все, что могли, и были максимально строги с редакцией».

При этом уточняется, что с ключевых спикеров и адвоката после обысков были взяты подписки о неразглашении. Кроме того, были изъяты некоторые компьютеры, а также изъяты видеозаписи у журналистов других СМИ, приехавших в редакцию «Ура.ру» снимать случившееся. В течение дня 18 мая сюжет привлёк внимание многих российских СМИ, а также обсуждался в блогах и соцсетях. Викиновости публикуют некоторые существенные комментарии участников обсуждений.

Так, известный на Урале блогер Сергей Zergulio Колясников, чья публицистическая деятельность на блог-платформе «ЖЖ» привела к его вхождению в Общественную палату Свердловской области, опубликовал запись[4], где напомнил о том, что Юрий Скуратов широко известен из-за сексуального скандала 1999 года. В комментариях в соцсети «Фейсбук» он также уточнил: «Сын Скуратова бизнес-партнер олигарха Малофеева[5]. Третий их партнер — то ли руководитель то ли совладелец TELE2, не помню уже. В любом случае ресурсов предостаточно».

Комментарий Колясникова был дан к записи[6] уральского политолога Платона Маматова. Сам Маматов поставил в связи со случившимся вопрос о журналистской солидарности и отраслевом противодействии давлению: «Сейчас надо внимательно смотреть, кто про это напишет, а кто нет. Потому что молчание в таких случаях — это признак полной профнепригодности. Можно бояться силовиков (их все боятся). Можно не любить сотрудников Ura.ru (их многие не любят). Но если личные страхи, симпатии и антипатии мешают журналисту выполнять свои прямые профессиональные обязанности — это не журналист. Ему стоит поискать себе более спокойную работу в другой сфере».

В этой же записи свою оценку ситуации дал и крупный екатеринбургский предприниматель Артём Черанёв: «Тут Скуратову такой гешефт обломали, что он, имхо, в иррациональную истерику впал».

Известный на Урале журналист-расследователь из интернет-издания «Новый день» Максим Бородин — один из приехавших в Ура.ру делать репортаж об обыске, — опубликовал свои впечатления[7]: «Ну, обыск. Дознаватель и шесть здоровенных оперов. Точнее один здоровенный, другие такие — хипстероватые. В общем, очень они были недовольны, что их снимают. Изъяли у оператора флэшку. Она параллельно и сломаться у них успела. Ладно. Для родных органов нам не жалко. Опечатали. Узнали, что я сделал скрытый снимок. Забрали телефон — вшестером над ним колдовали, изучали внутренности. Час, дак точно. Провели специально-технические мероприятия Вернули. Фото там-же. На прежнем месте. Параллельно всему этому набирает просмотры ролик на ютубе про всех этих товарищей, который сняли коллеги, пока они играли в серьезных оперов».


Источники[править]

  1. https://tochka.news/2017/05/18/v-gosti-k-zhurnalistam-ura-ru-prishli-siloviki-v-redaktsii-obysk/
  2. https://ura.news/articles/1036270257
  3. http://eanews.ru/news/policy/_18_05_2017/
  4. http://zergulio.livejournal.com/4862140.html
  5. Дмитрий Скуратов (род. 1976), окончил юридический факультет МГУ, юрист, кандидат юридических наук, по состоянию на 2013 год — управляющий директор фонда Marshall Capital (MarCap) Константина Малофеева.
  6. https://www.facebook.com/pmamatov/posts/1421104921283605
  7. https://www.facebook.com/max.borodin.71/posts/1290405314413647


Комментарии[править]


Викиновости, Викимедиа РУ и Wikimedia Foundation не несут ответственности за любые материалы и точки зрения, находящиеся на странице и в разделе комментариев.



  • Для такой незначительной статьи как «Клевета» слишком крутые меры. Клевета — дело частного обвинения, сомое незначительное с точки зрения российского права преступление. То есть для возбуждения дела потерпевший подает заявление мировому судье и потом в суде сам (без прокурора) выступает в роли обвинителя. Такое дело мировой судья закрывает (в обязательном порядке) за отсутствием состава преступления если потерпевший от заявления отказался или пропустил хотя бы одно судебное заседание без уважительной причины. Подавляющее большинство дел о клевете так и закрывается. Никакого дознания по делам о клевете обычно не ведется (если это не клевета на высшее должностное лицо — например, на губернатора). Очень немногие дела о клевете завершаются в России приговором — небольшой штраф или (гораздо реже) общественные работы. Лишить журналиста права на занятие профессиональной деятельности путем осуждения за клевету также невозможно. В общем пока совершенно непонятно — зачем понадобились такие серьезные следственные меры. Допускаю такую версию — обвинение в клевете лишь предлог, чтобы найти в Ура.ру что-то намного более весомое (например, в финансовой сфере). Если нельзя провести обыск по финансовым нарушениям (в виду того, что сложно что-то с ходу предъявить), то можно провести обыск о клевете. При этом на основе найденных документов можно (если найдутся достаточные нарушения) возбудить серьезное уголовное дело. С моральной стороны тут все логично — в 2016 году Ура.ру подало донос на блогера Соколовского, давшего Ура.ру интервью, в пресс-службу полиции, заявив, что усматривает в его роликах состав преступления. Дело оперативно возбудили и Соколовского осудили. Теперь кто-то усмотрел в действиях Ура.ру состав преступления. Ура.ру помогло репрессировать одного человека, теперь само подвергается репрессиям по всей строгости закона. Иван Абатуров (обсуждение) 19:36, 18 мая 2017 (UTC)