Последний адрес: Иногда наши таблички оживают

Материал из Викиновостей, свободного источника новостей
Перейти к навигации Перейти к поиску

9 декабря 2019 года

<dynamicpagelist>

category = Опубликовано category = Последний адрес notcategory = Не публиковать notcategory = Ожидаемые события по датам notcategory = Архивные новости notcategory=Викиновости коротко count = 8 stablepages = only suppresserrors = true namespace = Main addfirstcategorydate = true ordermethod = created

</dynamicpagelist><dynamicpagelist>

category = Опубликовано category = Москва notcategory = Не публиковать notcategory = Викиновости коротко notcategory = Ожидаемые события по датам notcategory = Архивные новости count = 8 stablepages = only suppresserrors = true namespace = Main addfirstcategorydate = true ordermethod = created </dynamicpagelist>

Москва, Дмитровское шоссе, дом 1, корпус 1 — согласно базам данных правозащитного общества «Мемориал», не менее восьми жильцов этого дома стали жертвами политических репрессий. В воскресенье, 7 декабря 2019, в рамках гражданской инициативы «Последний адрес» всем восьмерым погибшим установлены мемориальные знаки.



Заявку на установку одной из табличек — памяти профессора А. И. Березовского — подала его внучка Наталья Кравец, остальные семь — муниципальный депутат Тимирязевского района Юлия Галямина.

Все эти погибшие в годы советской власти люди были реабилитированы посмертно «за отсутствием состава преступления».

С этой установкой мемориальных табличек связано несколько удивительных совпадений.

Ровно пять лет назад, 6 декабря 2014 года, инициатор движения «Последний адрес» журналист Сергей Пархоменко с московским архитектором Евгением Ассом «поехали вдвоём по Москве для того, чтобы примерить, ещё даже не привинтить, а как бы подумать, как должно висеть, примерить первые таблички на первых девяти московских домах…» — это рассказал сам Сергей Пархоменко год спустя и тоже 6 декабря, но уже 2015 года, на церемонии установки шести мемориальных табличек в Москве, Мясницкая улица, дом 15. «Вот, прошёл год их стало сто пятьдесят. Позавчера пришла тысячная заявка…» — сказал четыре года назад Сергей Пархоменко.

Но самые удивительные подробности, связанные с установленными мемориальными табличками на Дмитровском шоссе, рассказал Сергей Пархоменко на своей странице в Facebook.

Рассказ Сергея Пархоменко

Совершенно мистическое событие произошло вчера, в субботу, в Москве, возле дома на Дмитровском Шоссе, 1, где прошла церемония установки еще восьми памятных знаков «Последнего адреса».
Но дело в том, что никто из участников этой церемонии не знает об этом. Может быть, кто-то смутно что-то припоминает, у кого-то есть ощущение какого-то странного дежавю, кому-то кажется, что среди только что привинченных к стене восьми табличек с именами людей, которые тут жили, были убиты по бессмысленным ложным обвинениям, а потом оправданы, — есть такие, с которыми связано что-то еще, что-то постороннее, как-будто смутно знакомое… Но на самом деле никто из тех, кто вчера приходил к тому дому на Дмитровке, не знает того, что помню я. А меня там не было, я сейчас далеко от Москвы.
Так что я не мог этого там вчера рассказать. Расскажу сейчас.



Поздней осенью 2013 я вернулся в Москву из Франкфурта, где в очередной раз видел вмурованные в асфальт тротуаров «Камни преткновения» — маленькие латунные таблички, установленные в память жертв фашистского режима авторами общеевропейского проекта Stolpersteine. Снова увидев эти камни, я ясно и остро понял, что такой же проект обязательно нужен и в России, только памятными знаками с именами нужно отмечать дома тех, кого погубили репрессии тоталитарного времени.

И вот я метался по городу, рассказывая об идее «Последнего адреса» (впрочем, название это тогда еще не было придумано) тем, кто, как мне казалось, мог увлечься этим планом и поддержать его. Чтобы легче было объяснять, что я имею в виду, я сделал маленькую презентацию, сложив вместе несколько картинок с камнями Stolpersteine, скриншот сайта «Расстрелы в Москве», где были собраны из базы данных «Мемориала» адреса казненных в годы большого террора не в порядке алфавита имен, а по адресам, в порядке названий улиц и номеров домов.
И еще там была картинка, которую очень наскоро — я бесконечно звонил и торопил — сделал великий российский дизайнер Аркадий Троянкер. Он был один из самых первых, к кому я приехал с этой идеей. И попросил его сделать совершенно условный, схематический проект таких табличек — просто чтоб мне было, что показать моим собеседникам, объясняя весь замысел.




Аркадий сделал этот эскиз очень быстро. Буквально через пару дней я получил по почте картинку, где на фоне условной кирпичной стены были изображены условные бронзовые таблички с условными именами, условными географическими названиями и датами. Табличек этих было нарисовано три в ряд, и фамилии на них были какие-то странные, даже немножко смешные. Конечно, Аркадий их выдумал, ему же для эскиза было важно показать чисто технически, как будет на табличке выглядеть длинное имя, с большим количеством знаков, как — среднее, как — короткое. Надо было показать, как будут смотреться разные даты, разные географические наименования, тоже разнотипные, разносоставные. Ну и вот он сочинил, просто нафантазировал эти три фамилии — Полумордвинов, Припутень, Соколов, а также все дополнительные сведения о них.

Спустя несколько недель прошла учредительная конференция «Последнего адреса», было придумано и утверждено его имя. И там же, тогда же, прошел воркшоп, на котором полтора десятка лучших российских графиков, скульпторов и архитекторов общими усилиями придумывали окончательный дизайн наших памятных знаков. За основу эта блистательная авторская команда взяла не эскиз Троянкера (хотя он сам, конечно, тоже участвовал в обсуждении, и поддержал мнение коллег), а набросок Александра Бродского, — теперь известный всем, воплощенный в реальных стальных табличках уже больше тысячи раз.
Эскиз Троянкера так и остался в архивах «Последнего адреса» в качестве воспоминания о самом первом замысле. Его с тех пор, как закончила работу та творческая мастерская, никто и не видел.




Так вот, что я хочу теперь всем сказать.
Аркадий Троянкер не выдумал эти фамилии. Он, как я теперь понимаю, в действительности их выбрал совершенно наугад, методом тыка, открыв на случайной странице базу данных «Мемориала». И нечаянно наткнулся на дом 1 по Дмитровскому шоссе. Я никогда с ним не обсуждал этого, никогда его об этом не спрашивал. Это моя вина, надо было это выяснить тогда же, но я просто не догадался, в голову не пришло.
Вчера, в субботу, на фасаде дома на Дмитровке появились восемь памятных знаков. Среди них — таблички с именами совершенно не выдуманных, а настоящих, когда-то живых, а потом убитых
— Дмитрия Федоровича Полумордвинова, 49 лет, прораба на стройке;
— Петра Михайловича Припутеня, 40 лет, экономиста-плановика;
— Ивана Михайловича Соколова, 45 лет, инженера.
А еще здесь жили
— Николай Михайлович Орлов, 43 года, инженер;
— Людмила Дмитриевна Собель, 26 лет, секретарша;
— Исаак Юльевич Ланде, 49 лет, упаковщик;
— Моисей Айзикович Окландер, 34 года, преподаватель сопромата;
— Алексей Илларионович Березовский, 48 лет, ихтиолог.




Почему теперь именно этот адрес и именно эти имена? Потому что «Последний адрес» сам не составляет никаких списков — а только исполняет заявки от людей, которые присылают нам свои просьбы: установить знак именно по этому адресу в память именно об этом человеке. За каждой установленной табличкой стоит сегодняшний живой «заявитель».
В этот раз таким живым заявителем была хорошо знакомая многим здесь Юлия Галямина, муниципальный депутат и создатель множества замечательных московских гражданских инициатив.
Историю об эскизе Троянкера она знать не могла, и видеть его никогда не могла тоже. Но так вышло, что благодаря ей и пришла очередь для этих имен из огромного, многомиллионного, неисчерпаемого списка жертв тоталитарной машины. Эти люди были условностью, «абстрактными» именами, взятыми наугад «для примера», — а теперь ожили.




«Последний адрес» все эти годы шел, шел, шел, шел, шел, шел, шел, шел, — и вчера дошел до этого адреса, с которого, оказывается, все и началось. До случайного адреса, который больше не случаен.
Там обнаружились настоящие человеческие жизни, и мы знаем о них не так уж мало: вот, зайдите на наш сайт почитайте о них. Там и лица их есть, фотографии, листы из следственных дел.
«Последний адрес» — вот такая машина времени. Он возвращает человеческие имена и человеческие судьбы из непроницаемой тьмы.
Иногда наши таблички оживают. Они это делают по-разному: например, оказывается, могут ожить и вот так.




Проект «Последний адрес» — гражданская инициатива, проводимая в России и направленная на увековечивание памяти о людях, подвергшихся политическим репрессиям в годы советской власти. В память о пострадавшем на стене дома, в котором жил репрессированный, устанавливается маленькая, размером с ладонь, мемориальная табличка, посвящённая только одному человеку.

За пять лет работы Фондом «Последний адрес» установлено более тысячи памятных знаков в 55 населенных пунктах России, а также в населенных пунктах Германии, Грузии, Молдовы, Украины и Чехии.

Принцип проекта:

«Одно имя, одна жизнь, один знак.»


 

Источники[править]

 

Комментарии[править]

Викиновости и Wikimedia Foundation не несут ответственности за любые материалы и точки зрения, находящиеся на странице и в разделе комментариев.